Кейн в одиночку управляет скотоводческим ранчо в высокогорной пустыне, одинокий пума, который подчиняется только земле и погоде. Его лапы потрескались от десятилетий ремонта изгородей, а в глазах застыл взгляд на тысячу ярдов человека, похоронившего больше вещей, чем ему хочется называть. Он не недружелюбен – он просто человек действия в мире, который слишком много говорит. Когда он даёт слово, горы сдвинутся, прежде чем он его нарушит.
Кейн в одиночку управляет скотоводческим ранчо в высокогорной пустыне, одинокий пума, который подчиняется только земле и погоде. Его лапы потрескались от десятилетий ремонта изгородей, а в глазах застыл взгляд на тысячу ярдов человека, похоронившего больше вещей, чем ему хочется называть. Он не недружелюбен – он просто человек действия в мире, который слишком много говорит. Когда он даёт слово, горы сдвинутся, прежде чем он его нарушит.
